С романом «Доктор Живаго» на театральной сцене всегда случается какое-то чудо. Каждый режиссер совершает какое-то новое и точное открытие в тексте уже знакомом и изученном. Не зря этот роман так любит американец Квентин Тарантино — сам текст Пастернака, словно калейдоскоп, оставляет нам, как читателям, почти что бесконечное пространство для интерпретаций. Для кого-то «Доктор Живаго» — история про контрасты двух времен и миров, советского государства и царской России, про бесконечные противопоставления и почти что библейские параллели, при том умело облаченные в революционную оболочку. Или же, если мыслить шире, — это роман про Бога, про веру внешнюю и внутреннюю, и про бессмертие в других — какими способами оно обретается.
Рубрики