Зумеры и миллениалы проводят в смартфоне одинаково много времени, но используют его по-разному. Совместное исследование ИАА TelecomDaily и МТС зафиксировало эти различия в цифрах, а социолог, медиаменеджер и психолог специально для «Сноба» объяснили причины этих различий.
ИАА TelecomDaily и МТС провели совместное
исследование цифрового поведения россиян — владельцев смартфонов Huawei. В
опросе приняли участие более двух тысяч человек. Исследование сравнивало два
поколения: зумеров (18–29 лет) и миллениалов (30–45 лет).
Главный вывод: возраст остается основным
фактором, определяющим цифровые привычки людей. Оба поколения проводят за
экраном сопоставимое время — в среднем четыре-пять часов в день, но по-разному
распределяют его. Миллениалы тяготеют к коммуникациям, финансам и рабочим
инструментам. Зумеры — к контенту, социальным сетям и новым сервисам.
Наибольшую вовлеченность демонстрируют женщины поколения Y: их экранное время
превышает пять часов в сутки. В целом женщины проводят со смартфоном на 30–66
минут больше мужчин.
Отдельно стоит сказать про рабочие и
учебные инструменты — именно здесь поколенческие различия проявляются особенно
наглядно. В списке из более чем 20 самых популярных приложений почти половина —
сервисы Google. В пятерку лидеров по установкам входят Microsoft Office (23 %),
Zoom (20 %) и Google Calendar (10 %), следом — Google Doc (9 %), Google Drive
(9 %), Google Meet (8 %), Outlook (7 %) и Microsoft OneDrive (6 %). Но внутри
этого общего набора поколения расставляют акценты по-разному. Gmail установлен
у 67,3 % зумеров и лишь у 49 % миллениалов — поколение Y предпочитает «Яндекс
Почту». Миллениалы активнее используют Microsoft Office (26 % против 20 %),
Google Calendar (12 % против 10 %) и Microsoft OneDrive (8 % против 5 %). У
зумеров в топ рабочих приложений входит Google Classroom — инструмент, которого
у миллениалов в повседневном обиходе практически нет.
Цифры фиксируют различия, но не объясняют
их. Почему два поколения, живущие в одной цифровой среде и пользующиеся одними
и теми же приложениями, выстраивают с ними такие разные отношения?
Данила Иванов
Социолог факультета социальных наук
НИУ ВШЭ
О том, почему различия в цифровом
поведении поколенческие, а не возрастные
Результаты исследования хорошо рифмуются
с тем, что мы знаем о поколениях из социологии, но здесь важны детали. Старшие
миллениалы вступали во взрослую жизнь в начале 2000-х, когда смартфоны только
начинали встраиваться в повседневность. Тогда главной функцией устройства была
коммуникация — люди пользовались в основном почтой и мессенджерами.
Показательно, что Сергей Брин, приезжая в Москву в те времена, публично говорил
о смартфоне именно как об инструменте для работы с почтой — замене компьютера.
Технически смартфоны того времени и дотягивали в большей степени до
коммуникативных задач, не более. Поэтому для миллениалов телефон изначально был
утилитарным инструментом, и эта установка никуда не делась.
Зумеры — другая история. Они вступали во
взросление примерно с 2018 года, когда смартфон давно перестал ассоциироваться
с рабочими задачами. На первый план вышли досуг, развлекательный контент,
отражение стиля жизни. Отсюда — информационно-развлекательная модель
использования, которую мы и видим в данных.
В социологии есть устойчивое
разграничение: «цифровые аборигены» и «цифровые иммигранты». Зумеры —
аборигены, они росли уже внутри развитой цифровой среды. Миллениалы —
иммигранты, они осваивали смартфон как новую территорию. Разные точки входа
формируют разные отношения с инструментом на годы вперед.
Похожий паттерн сегодня разворачивается
вокруг искусственного интеллекта. Старшие поколения используют языковые модели
инструментально, так же как миллениалы когда-то осваивали смартфон. Те, кто
вырастет уже внутри этой среды, скорее всего, будут взаимодействовать с ИИ
совсем иначе.
Часто звучит вопрос: это поколенческая
черта или просто эффект возраста? Грубо говоря, все ли люди после 30 начинают
удалять TikTok и устанавливать «Яндекс.Почту» — просто потому что взрослеют? Я
думаю, что нет, не просто возраст. Есть косвенные подтверждения. Зумеры и
младшие миллениалы откладывают взросление: к 20 годам у них стабильно меньше
браков и детей, чем у предыдущих поколений в том же возрасте. Это не возрастная
черта, а поколенческая. Отношения со смартфоном, скорее всего, оставят похожий
след.
Что касается будущего — через десять лет
зумеры окажутся в том же возрасте, в котором сегодня миллениалы. Давление
биографических траекторий — работа, семья, финансы — конечно, будет
сказываться, привычки сгладятся. Но склонность к обильному потреблению
информационного и развлекательного контента, толерантность к высокой цифровой
нагрузке сохранятся.
Сергей Вильянов
Главный редактор ИАА TelecomDaily
О том, как возраст определяет, какие
сервисы мы выбираем
Возраст может определять, какие сервисы
мы выбираем, и данные исследования это хорошо подтверждают. Посмотрите на
маркетплейсы: зумеры тянутся к Ozon, миллениалы — к Wildberries и Avito. Как
можно объяснить эту закономерность? Ozon в последнее время очень увлекся
геймификацией — предлагает зарабатывать «морковки» и прочее. Судя по всему,
молодому поколению это заходит. Wildberries в этом смысле — для «олдов», там
другая эстетика, визуал и в целом подход. Avito я бы вынес отдельно: это
самостоятельная история. Сервис за последние годы сильно вырос — по внутренним
механикам, безопасности, ассортименту — и вполне может конкурировать с
маркетплейсами, а в чем-то их превосходить. Но молодежь прошла мимо этих изменений,
не почувствовала их. Думаю, это временно — там действительно есть что
раскусить.
То же самое с музыкой. Зумеры используют
Shazam, чтобы поймать трек на лету, — музыка для них в целом часто выступает
как просто фон, она берется со всех сторон: из радио, умных колонок, соцсетей.
Миллениалы и более старшее поколение устроены иначе. Когда мы начинали слушать
музыку, нужно было сначала записать кассету, купить пластинку или достать
компакт-диск. Это было осознанное действие, потому что ты должен был точно
знать, чего хочешь, чтобы получить желаемое. Эта установка никуда не делась.
Угодить одновременно обоим поколениям в одном продукте, мне кажется, невозможно
— скрещивать эти две модели значит не угодить ни тем ни другим.
С банковскими приложениями своя история,
хотя и она про возраст косвенно. Банки всеми правдами и неправдами пытаются
объединить в себе сторонние функции — магазины, путешествия, страховки. Логика
понятна: хотят, чтобы пользователь проводил внутри больше времени. Но в погоне
за этим теряется базовая навигация. Я работал главным редактором «Банкир.ру»,
тестировал десятки приложений и считаю себя продвинутым в финтехе человеком, но
в новом приложении одного крупного банка — честно — не смог найти кешбэк без
поиска. Когда приложение пытается быть всем для всех, оно рискует стать и
неудобным для всех.
Ирина Баржак
Психолог
О смартфоне как способе справиться с
тревогой
Когда большинство людей начинает утро с
проверки уведомлений, за этим, как правило, стоит одна из двух причин. Первая —
дефицит признания: человек нуждается в том, чтобы его увидели, услышали,
отреагировали на него. Социальные сети этот дефицит закрывают быстро через
лайки, ответы, реакции, которые дают мгновенную дозу внешнего одобрения. Вторая
— тревога. Когда есть неопределенность по работе, в отношениях, в жизни в
целом, человек тянется к телефону, чтобы первым узнать нужную информацию. Это
попытка контролировать то, что кажется неконтролируемым.
Здесь важно понять, что тревожность чаще
связана не со смартфоном, а с общим фоном: высокая неопределенность, большая
доля непредсказуемых сценариев, информационное давление — мы, возможно, живем в
период самого высокого информационного давления за все время. В этом контексте
смартфон дает хотя бы иллюзию контроля. В нем сосредоточено все: навигатор,
банковские приложения, связь с близкими. Без него человек буквально чувствует
себя без рук. Тут важно провести еще одно разграничение. Если смартфон дарит ощущение
контроля, то это вполне понятное чувство. Другое дело, если бесконечный
скроллинг новостей и чужих соцсетей, наоборот, поднимает уровень тревоги, —
тогда это уже сигнал, что стоит разобраться, что именно происходит.
Рекомендация одна: использовать смартфон
максимально эффективно для себя. Эффективнее будет тот, кто получает от этого
инструмента максимум пользы, а не тот, кто от него отказывается. Я сама пишу
книги на смартфоне, веду всю работу, общаюсь. Я не осуждаю тех, кто проводит в
нем много времени. Осуждать, например, зумеров за то, что они выросли с
гаджетом в руках, странно: они просто мыслят иначе, быстрее схватывают,
эффективнее работают с этим инструментом. Это другой стиль мышления.