29 июня Театр Труда покажет премьеру спектакля «Искусство бросать жребий» — первой сценической постановки по прозе Павла Крусанова. Режиссёр, актёры и художник спектакля рассказывают о том, как перенесли на сцену один из главных текстов современной петербургской литературы, почему история о выборе остаётся актуальной спустя века и что ждёт зрителей новой постановки.
В
основу спектакля лёг роман «Бом-бом, или Искусство бросать жребий» — один из
ключевых текстов писателя. Проза Крусанова, долго существовавшая почти
исключительно в пространстве текста, впервые переносится на сцену. Это
исключительная попытка найти театральный язык для автора, которого считают
одним из самых необычных и выдающихся русских прозаиков рубежа веков.
Критики
не раз сопоставляли прозу Крусанова с литературой Милорада Павича. Так,
литературовед Илья Кукулин писал, что Крусанов «изобрёл, как можно стилистику
Павича применить к анализу русской действительности и современного русского
сознания».
Роман
«Бом-бом, или Искусство бросать жребий» впервые вышел в 2002 году. В центре
сюжета — род Норушкиных, семья со странным наследством. Когда-то их древний
предок нашёл место, связанное с падшим ангелом. С тех пор из поколения в
поколение Норушкины бросают жребий за других.
В
разные века этот жребий становится любовным выбором, искушением, отчаянием и
соблазном совершить непоправимое. Философия выбора и историческая
ответственность перед потомками — две главные темы спектакля.
Алёна
Лазько
Режиссёр «Искусство бросать жребий»
и художественный руководитель Театра Труда
«Бом-бом, или Искусство бросать жребий» — роман Павла Крусанова, в 2003 году
ставший финалистом премии «Национальный бестселлер». Он о старинном дворянском
роде, представители которого стали носителями тайного знания, и, как только
происходили сбои в их работе, в стране случались исторические потрясения. Мне
подумалось, что это ведь почти про Театр Труда и трудовые династии. Но если
серьёзно, то эта история про предназначение и сложный выбор.
Меня когда-то потрясла эта книга не только
эпохальным размахом, но и тем, как Крусанов сшивает источники — апокриф о
падшем ангеле соседствует с целым куском из египетской Книги мёртвых — и отдаёт
их современному герою.
В спектакле мы проживём с героями четыреста
лет: от 1571-го (Крымский поход на Русь и крупнейший пожар Москвы) через
екатерининские времена (Турецкая и Шведская войны, Великая французская
революция) к 1937-му. Но ключевая линия протянута через перелом тысячелетия —
конец наших девяностых и начало нулевых.
Несмотря на то что спектакль про выбор,
постановочно мы сознательно не пытаемся выбрать между иронией и патетикой,
документом и мифом, текстом Крусанова и нашими придумками. Поэтому артисты у
нас не исполнители, а активные соавторы: многое в спектакле придумано вместе.
Помогает нам ещё синтез разных театральных форм: слово, пластика, музыка и свет
работают на равных. Но выбор в финале всё же происходит. И делает его зал.
Родион Прилепин
Актёр, играет Норушкина — одного
мужчину с тремя лицами одного рода
Для меня роман Крусанова — это своеобразный культурный экскурс в 2000-е: особая
какая-то зацикленность на постмодернистской стилистике формировать смыслы.
Будто автору хочется говорить на серьёзную тему, но ему приходится всё это
камуфлировать в «я только играю», местами это доходит до фиглярства. Но при этом
богатство языка, знание законов жанров — всё это помогало мне верить, что там,
за этими слоями, что-то есть. И таки нашлось: противостояние «высшего»
предназначения и «земного» долга. Вот между этих двух путей и выбирает герой
нашего спектакля, бросая жребий, в случае если выбор невозможен. А ситуация и
правда сложная: что-то внутри тебя говорит: «Ты должен это», и тут же доносится
голос извне: «Игнат, помоги мне тут с продуктами». И, наверное, раз этот выбор
дан чем-то, что больше нас, то и выбирать не нам, пусть выпадет что выпадет.
Делай что должен, и будь что будет. За время спектакля мой персонаж вырастает
над собой, разрешая одну и ту же вечную проблему, следуя из эпохи в эпоху, и в
современности (2000-е) понимает, что наступает момент, когда нужно делать шаг,
даже если невозможно решить, правильный он или неправильный. Шагаешь, а время
рассудит.
Александра Хромова
Актриса, играет Катю — женщину, которая возвращается в эту историю
в разные века и остаётся рядом с Норушкиным в каждой эпохе
Витиеватая, акварельная, наполненная смыслами
проза Павла Васильевича Крусанова переродилась в нашем спектакле в трогательную
историю о выборе человека.
Мы каждый день бросаем свой жребий, от
которого зависит вся наша дальнейшая жизнь. И как редко мы выбираем стоять за
свои принципы и своё предназначение: всё чаще мы, к сожалению, выбираем просто
плыть по течению.
Главный герой произведения — звонарь Норушкин.
Он во все эпохи один и тот же. И каждый раз он склоняется перед одним и тем же
выбором — звонить в колокол или не звонить. Чаще всего он выбирает звонить,
ставя на кон семью, свободу и свою жизнь.
Также эта история про выбор женщины: быть
рядом со своим мужчиной или не быть в тяжёлый для него момент. В нашем
спектакле звучит фраза, которая меня трогает: «Бросать жребий — это секунда. А
быть рядом — это всю жизнь, каждый день, без перерыва». Моя Катя в каждой эпохе
разная: у неё может быть разный характер, разная одежда, разная внешность, но
выбор в каждом времени у неё один. И мне, безусловно, интересно сыграть такую
сильную духом девушку.
Каждому человеку, пришедшему на спектакль,
когда-нибудь придётся бросить свой жребий. И хочется верить, что мысли, которые
мы заложили, подтолкнут зрителя к правильному выбору.
Иван Оранский
Актёр, играет иного: третьего, который всегда оказывается рядом.
Друг, оборотень, заказчик — тот, кто приходит и говорит: «Бросай»
Первое, что бросилось в глаза лично мне, когда я изучал роман, — это язык,
которым умело владеет автор. Мы делились впечатлениями от прочитанного, и я
никак не мог поверить, что «Бом-бом, или Искусство бросать жребий» был выпущен
в 2002 году. Да, это угадывается, когда речь идёт о современности, но, когда
начинается историческая часть, — тут уже моё почтение. В каждой эпохе, затронутой
в романе, ты ощущаешь темпоритм того времени, стиль, и в этом я чувствовал
огромное уважение Павла Крусанова к русской литературе и культуре.
В нашем спектакле «Я» вечно разный, и это
неспроста. «Я» по сути — падший ангел, без своей собственной идентичности,
утративший её. «Но без меня не было бы выбора, а осталась бы только привычка. К
сожалению, одной привычкой ангелов не помнят».
«Искусство бросать жребий» — это сложный
спектакль, где изучается природа разума и ценностей. Мы намеренно погружаемся
корнями в этот сложно сплетённый узел, чтобы стать хоть немного ближе к самим
себе и в конце концов сделать свой собственный «выбор».
Александр Петлюра
Художник спектакля
Я люблю делать проект единым, для меня нет отдельно костюмов и отдельно
сценографии, всё всегда целое. Для «Жребия» я отказался от больших декораций.
На 400 лет, которые охватывает спектакль, не хватит никаких задников и
декораций. Театр Труда — это маленькое красивое чёрно-белое пространство, мне
показалось, что надо только со светом работать, ну и, конечно, куда без берёз,
а берёзы они и не менялись 400 лет.
Я начал читать роман, когда ехал в электричке,
обычно езжу на машине, а тут пустая электричка, а в ней такое сосредоточение
бывает, и мне пришёл образ «сподни», это и есть та же самая берёза, на которой
рисунок времени. В пелёночку оборачивают младенцев. Так и наши герои 400 лет в
сподне. Вот такие гениальные идеи приходят в электричке, я вообще бы сказал,
что, когда нет времени подумать, садись в электричку и за два часа всё решишь.
Показы спектакля «Искусство бросать жребий»
пройдут в Театре Труда 29 июня и 14 июля в 20:00.
Подготовила Ольга Чучадеева