Раз в неделю по средам музыкальный обозреватель «Сноба» Антон Серенков выбирает заметное явление из современной российской музыки и объясняет его нам. Сегодня на очереди Euphoria — не сериал с Зендаей, а новый альбом Салуки, на котором он из деревянного поп-артиста окончательно превращается в настоящего.
Московский рэпер и битмейкер Saluki (Cалуки) выпустил новый альбом «Euphoria».
Это уже вторая в нынешнем десятилетии его жанровая стилизация: в 2024-м Салуки выпускал рок-альбом «Beach Rock Hotel», «Euphoria» же применяет его навыки к клубной танцевальной электронике. Сама такая конфигурация выводит Салуки из общей массы популярных рэперов — больше никто в России не способен на подобную жанровую гибкость. Парадоксальным образом именно радикально не похожий на прежнюю музыку альбом, наконец, связывает дискографию Салуки в единое целое: делает её окончательно лучшей среди всех его ровесников.
Поп-альбомам не нужен литературный нарратив, вам не надо подглядывать в либретто, чтобы понять сборник поп-песен, но у Салуки всё равно есть для «Euphoria» либретто. «Альбом — про момент, когда ты понимаешь, что человеком, которым был вчера, уже не являешься, а новым собой ещё не стал. Сначала кажется, что это история про работу, безответную любовь и тусовку, которая оканчивается панической атакой. Но чем дальше идёт альбом, тем сильнее становится понятно, что он про взросление — про те моменты, когда приходится отпустить старую версию себя, чтобы появилась новая».
Не «Жизнь за царя», но вполне логичный эмоциональный сюжет. Салуки скоро 30, у него родилась дочь, он больше не фрешмен, но и не ветеран. Он ещё не выглядит мужиком в пиджаке на концерте модной группы, но и с китайгородской дрейн-няшей его не спутаешь.
Провести время клёво
Первые минут двадцать «Euphoria» представляют собой аудиоинсценировку похода в ночной клуб. Хреначит бит, рычат басы, возносятся к небесам трансовые синты, вокал Салуки искажен и расплавлен всеми возможными способами. Музыка играет не для грува, а для того, чтобы предельно измотать слушателя. Когда На «L.O. LUX» с ангельской партией вступает вокалистка Cream Soda Алиса Стяжкова, создаётся полное ощущение, что Салуки не поёт песню, а сам подпрыгивает в полуотключке под диджейским пультом где-то на вечеринке. На «PANIC ATTACK» милитаристский нойз-поп Тёмного Принца доводит предполагаемого протагониста альбома до, собственно, панической атаки. В похожем отрубоне к тому моменту находится и всякий внимательный слушатель.
Затем следует «lullaby» — почти совсем неироничная фортепианная композиция с минимальными электронными вкраплениями. Трек будто протирает запотевшие очки зрителю пьесы. Дальше на «Euphoria» ещё есть шумные клубные треки, но вообще добрую половину альбома составляет мелодичный электро-рок, в который активно интегрированы техно-биты.
Здесь начинаются просто классные поп-песни, которые грешно впихивать в какой бы то ни было сюжет: их хочется только гонять по кругу и заучивать наизусть. «Weekend», «Homecoming», «Fdtd», «Au Revoir», «Кровь к Крови» сделали бы честь вообще любому классному поп-рок-альбому. Салуки выжимает максимум эффективности вообще из всех элементов, которыми оперирует в своей музыке: его мамбл-рэп-вокал из конца 2010-х освежает предсказуемую рок-мелодику, а жанровая всеядность позволяет делать неожиданные ходы, не теряя ясности.
Когда в финальной «Кровь к Крови» он сводит воедино чиптюнс-синтезатор, могучий рок-бит куплета, пьяный мужской хор на подпевках, хаус-бит бриджа и джазовую какофонию в коде сложно даже вспомнить, кто ещё в современной музыке настолько свободен и эффектен внутри формата трёхминутной рок-песни. Yves Tumor? Салуки 2026-го обитает на самой вершине поп-Олимпа, и ощущения, которые дарит «Euphoria» не может подарить больше вообще никто.
Этот вывод следует из музыки, которая есть на «Euphoria», но совершенно противоречит той репутации, которая сложилась у Салуки.
Пора домой
С 2018-го года, когда Салуки выпустил первый свой рэп-альбом (прежде у него были чисто битмейкерские домашние записи) «Властелин калек», он всегда воспринимался как посредственный рэпер, кое-как возмещающий свои недостатки качеством продакшена и отличным подбором приглашённых гостей. Считалось, что Салуки так себе читает, соединяя флоу Фараона и Скриптонита в некоторый промежуточный вариант, так ещё и читает ерунду — клишированные бессодержательные «рэперские» тексты. Биты же, как и у всех русских рэперов частично скопированные с хороших западных образцов, позволяют частично закрыть на это глаза.
В этом качестве Салуки даже умудрился записать альбом, который (ну, почти) повсеместно признается классикой русского рэпа — «Wild Ea$t». Миллион небольших фрагментов битмейкерского совершенства, десятки коротких фитов лучших рэперов момента… Всё вместе было сшито в лоскутное одеяло, которое даже не склонная к лишней интеллектуализации публика восхищенно засчитала за энциклопедию русской музыки начала 2020-х.
На всех рэп-записях Салуки были фрагменты или даже треки, которые публикой неизменно принимались за «эксперименты»: разовые трюки в чуждых жанрах, сделанные просто из любопытства. В «Улыбке» Салуки подклеил к совершенно рэперским куплетам 104 свои не то зачитанные, не то спетые поверх музыки, лишь отдаленно похожей на хип-хоп; в «Поломке» и хитовых «Огнях» сделал вид, что пение под латиноамериканские ритмы — тоже рэп; в «NNN705», «Ведьме» и целиком альбоме «Beach Rock Hotel» просто делал рок. Даже само количество «экспериментов» должно было навести на мысль, что это не эксперименты, а чуть ли не самая любимая жанровая форма Салуки, но до «Euphoria» пазл не складывался.
В отношении «Euphoria» Салуки говорит, что жанра как такового и не держался, а только старался воспроизвести музыку, которую слушал подростком, которую ему записал на первый mp3-плеер старший брат и которую сам нашёл тогда в интернете. «Euphoria» хоть и похожа на текущую клубную электронику, в реальности является поп-сновидением по мотивам плейлиста начала 2010-х, где хиты Crystal Castles и Hot Chip перемежались EDM-эрой Daft Punk, группой Justice, «We Found Love» Рианны и Кэлвина Харриса, «I Love It» Чарли ХСХ, витчхаусом — и прочей сентиментальной околоклубной электронной поп-музыкой эпохи. Брат записал Салуки на плеер Муджуса, и на «Euphoria» Салуки записал с Муджусом песню — похожую на EDM-ремикс какой-то вещи с «Downshifting».
Именно в этом «жанре» были все те «экспериментальные» песни Салуки, которые вроде как только разнообразили его рэп-альбомы. После «Euphoria» очевидно, что рационально выбранным «жанром» и головным «экспериментом» у Салуки все эти годы был рэп, а взведённый, взрывной электро-рок на околотанцевальные биты он хотел делать всегда — и только вот сейчас, к 2026-му, наловчился в полную силу. В этом естественном не жанре даже, а регистре поп-песни, Салуки наконец помещается полностью.
Сам для себя недосягаем
Мелодии, пение, бесконечное разнообразие звуковых ухищрений для аранжировок — бог с ним: на «Euphoria» Салуки впервые звучит поэтом! Его панический трек с Тёмным Принцем заканчивается текстом, который, если честно выписать в столбик, легко представить если не победителем, то уж хотя бы вторым призером поэтического конкурса премии «Лицей»:
«И я не знаю, что меня больше грузит:
Что будет завтра или твои подруги.
Все замерли в ожидании дропа,
Зачем вообще я оказался на тусе?
Но мы висим уже пятые сутки,
И мы могли бы поболтать на минутку,
Но я не знаю никого в Клуб Клубе,
И ты так похожа на проститутку»
В «Au Revoir» он умудряется сделать словесный оммаж сразу двум поп-шедеврам русской песни: «Пока птицы летели на юг / Обжигали карман рубли / И я всё ещё тебя люблю / Ничего не прошу взамен, нет! / Просто выбери меня / Просто выбери меня». Рубли взялись из «Выздоравливай скорей» Муджуса, умолял выбрать его в бридже «Выше домов» Сергей Сироткин — Салуки-композитор любовно соединяет лучшее из дискографий обоих и продлевает их взволнованный, трагический тон дальше, чтобы потом эстафету мог перенять новый большой поп-талант.
Вот, нужные слова сами себя сказали.
«Euphoria» — вероятно, не великий альбом. На нём есть масса потрясных песен, тысячи великолепных аранжировочных ходов, но для попадания в вечность он всё ещё недостаточно ровный. Впрочем, то же можно сказать обо всей дискографии Салуки как таковой. Его личный воображаемый сборник лучших поп-песен теперь — сборник большого поп-таланта, первоклассной поп-звезды. После «Euphoria» Салуки больше не «странный рэпер», не «экспериментатор хип-хопа»: теперь он великий русский поп-музыкант.
Автор Антон Серенков