Спуститься в тоннели XIX века, попробовать «хрустящее» алиготе и задержаться на ужин у виноградников — на каждую остановку в этой поездке лучше оставить время с запасом. Колумнист «Сноба» Денис Тайницкий рассказывает, ради каких вин стоит побывать в «Абрау-Дюрсо», «Шато Пино» и Nesterov Winery и где остановиться между дегустациями.
Новороссийск редко ассоциируется с загородным отдыхом. В массовом представлении это промышленный гигант, город портовых кранов, кораблей и цементных заводов. Однако географическое положение региона создаёт парадокс: город зажат между Маркотхским хребтом и Цемесской бухтой, и в радиусе получаса езды от промзоны находятся виноградники, рестораны локальной кухни и отели при винодельнях.
Местные известняковые почвы, мергель, ветровая нагрузка и близость моря сформировали условия, в которых развиваются как крупные исторические заводы, так и малые фермерские хозяйства. Для энотуриста Новороссийск удобен как логистический узел: отсюда одинаково близко до винодельческих зон Анапы и Геленджика.
Первая остановка: «Абрау-Дюрсо»
Самая очевидная точка для начала маршрута — «Абрау-Дюрсо». Подземные тоннели, где выдерживают игристое, начали вырубать ещё в XIX веке. Сейчас их общая протяжённость составляет около пяти километров, а глубина достигает 45 метров. По данным компании, в 2025 году «Абрау-Дюрсо» реализовало 68,142 миллиона бутылок. Большую часть игристого производят резервуарным методом, однако 3–4 миллиона бутылок в год — классическим, с выдержкой непосредственно в бутылке. Основные этапы производства игристого, от переработки винограда до ремюажа и дегоржажа, можно увидеть на экскурсии по винодельне. Если не хочется запоминать всю технологическую лексику, достаточно одного наблюдения: значительная часть того, что происходит с бутылкой классического игристого до встречи с покупателем, требует времени и довольно большого количества ручной работы.
Сюда стоит отправляться ради флагманской игристой классики. Главные маркеры качества — знаменитые миллезимы «Империал», моносортовая линейка Brut d’Or и авторский премиальный проект Жоржа Бланка — лимитированная серия Cuvée Alexander II. Сильная сторона хозяйства — стабильность: если знаком с игристой классикой, знаешь, какого качества ждать и что окажется в бокале.
За работой на виноградниках и производстве стоит директор по виноделию Жорж Бланк — французский винодел в пятом поколении, уроженец Эльзаса. До приезда в Россию в 2016 году он работал в том числе в шампанских домах Moët & Chandon, Pommery и Lanson. В конце 2025 года его признали лучшим главным виноделом страны. В «Абрау-Дюрсо» Бланк применяет опыт, накопленный в Шампани, учитывая особенности кубанского винограда.
Ещё до этой поездки на вертикальной дегустации у Жоржа Бланка удалось попробовать все винтажи «Империала» с 2016-го по 2022 год. Тогда же зашёл разговор о времени выдержки «Империала» на осадке:
«Оптимальный срок выдержки для линейки „Империал“ — не менее 36 месяцев на осадке. Делать её ещё более длительной не имеет смысла, если принимать во внимание текущие объёмы и задачи нашего производства».
Во всех семи миллезимах сохраняется узнаваемый стиль вина, при этом условия каждого года оставляют свой след во вкусе и аромате. И это нормально: всё-таки речь не о производстве водки. Для «Империала» используют шардоне, рислинг и пино нуар. Состав белого игристого меняется, а розовое делают только из пино нуара. В белых винах чувствуются тона белых фруктов и выпечки, в розе — лесных ягод.
Brut d’Or позволяет попробовать те же сорта по отдельности. В Cuvée Alexander II, напротив, интересен сам ассамбляж: молодые вина здесь соединяют со зрелыми миллезимами из винотеки хозяйства, начиная с урожая 2008 года. Это вино постепенно раскрывается в бокале — с ним спешить не стоит.
Параллельно хозяйство развивает производство премиальных тихих вин. За это направление отвечает Алексей Чернега:
«„Абрау-Дюрсо“ прочно закрепило за собой имидж дома, акцентированного на игристых винах. Сейчас мы хотим дополнить это восприятие и показать, что наши возможности гораздо шире. Развивая линейку премиальных тихих вин, мы стремимся охватить более масштабную аудиторию. Уникальный местный терруар и техническая база полностью позволяют это сделать, а я со своей стороны прилагаю все силы и весь накопленный опыт, чтобы наши тихие вина полюбились людям».
После экскурсии и дегустации можно остаться на обед. На набережной озера Абрау работает ресторан «Вилла Роз»: в средиземноморском интерьере здесь подают блюда кавказской кухни и черноморские морепродукты. В Гранд Кафе «Абрау-Дюрсо» акцент делают на местной прибрежной кухне. Для быстрого перекуса в центре посёлка есть фудкорт с черноморскими мидиями и другим местным стритфудом.
Где остановиться: экоотель «Лес»
После дня в Абрау удобно не возвращаться в город, а остановиться по дороге в Васильевке. Экоотель «Лес» находится примерно в 15 минутах езды и от Новороссийска, и от Абрау-Дюрсо.
Здесь всего три деревянных коттеджа с террасами на лесном склоне. В каждом есть кухня, рядом — гриль и небольшой дворик. По вечерам программа предельно ненавязчивая: лес, горы, иногда еноты. Зато предусмотрено то, о чём обычно вспоминаешь уже после поездки по винодельням: универсальные бокалы правильной формы под разные стили вин, а также отдельное помещение с вместительным холодильником, где можно хранить купленные на хозяйствах бутылки при правильной температуре. Просторная терраса самого домика отлично подходит для неспешной дегустации местных вин на свежем воздухе. Есть также баня и открытая купель.
Владелица эко-отеля «Лес» Виктория Ялтонская рассказывает, что этот уединённый проект вырос из её личного опыта, и делится тем, как складывается география и атмосфера среди её постояльцев:
«Этот эко-отель я строила как свой личный дом. В итоге получилось уютное место, где каждый гость может почувствовать себя в по-настоящему домашней атмосфере. Что касается географии наших туристов, то в большинстве своём это гости из соседних областей и регионов, хотя и местных жителей тоже немало — домики всегда заселены. При этом очень популярны короткие заезды на 2–3 дня: люди приезжают, чтобы просто насладиться природой и тишиной. Но важно отметить, что случайных людей у нас не бывает. Нас выбирают абсолютно осознанно, поэтому все гости очень гармоничны друг с другом. Создать такой проект мне помогло то, что раньше я долго работала в сфере гостеприимства в Геленджике, но в какой-то момент решила сменить масштабные проекты на свой собственный».
В этом есть своя логика: после дня, когда тебе несколько часов рассказывали о выдержке, кислотности и особенностях терруара, очень полезно вспомнить, что вино иногда можно просто открыть и выпить на террасе.
Каскады «Шато Пино»
«Шато Пино» в селе Федотовка заметно отличается от исторического масштаба Абрау. Винодельню открыли в 2019 году и производственный корпус встроили прямо в склон горы.
У хозяйства 150 гектаров виноградников, половина из них находится здесь же, в Федотовке. Само здание состоит из пяти уровней с перепадом высот около 15 метров. Такая гравитационная конструкция позволяет на многих этапах перемещать сусло сверху вниз под действием силы тяжести и практически не использовать насосы.
Сюда, впрочем, приезжают не только смотреть на производство.
«Шато Пино» устроено скорее как большой загородный комплекс вокруг винодельни: здесь есть картинная галерея, художественная мастерская и открытый бассейн-инфинити. В тёплый сезон у бассейна проходят «музыкальные среды» — концерты с приглашёнными кавер-группами, которые сопровождаются местными фуд-проектами на открытой площадке комплекса.
Из местных вин особенно удивляет «алиготе» ограниченной серии — высококислотное, с лёгкой горчинкой и выразительной травянистой ароматикой. Такое вино буквально можно «жевать» — оно по-хорошему «хрустящее», если выражаться на профессиональном сленге. За счёт этих характеристик оно отлично подходит к устрицам, его хочется долго смаковать.
В ресторане при винодельне можно попробовать и другие релизы хозяйства: «петнаты», строгую игристую классику, а заодно заказать эскарго Helix Aspersa Maxima, которых выращивают на собственной здешней ферме.
О том, как на винодельне появилась улиточная ферма, рассказывает бренд-амбассадор и руководитель отдела маркетинга «Шато Пино» Олег Громов:
«Во время сезона работы на виноградниках мы постоянно наблюдали обилие улиток — для них здесь сложилась идеальная среда обитания с повышенной влажностью, отличной кормовой базой и густой растительностью. В итоге мы решили превратить эту трудность в наш главный плюс и открыли собственную ферму. Так что улитка неспроста стала официальным логотипом нашего хозяйства».
На «Шато Пино» лучше закладывать не меньше четырёх-пяти часов — именно столько займет у вас экскурсия, обед и неспешная прогулка по территории.
Семейный масштаб: Nesterov Winery
Nesterov Winery — совсем другая история. Это небольшая винодельня при агротуристическом комплексе «Винотеррия»: здесь же находятся ресторан и мини-отель на восемь номеров.
Хозяйство основал в 2013 году потомственный авиатор Валерий Нестеров, а сейчас комплексом занимаются его дочери Инна и Анна Нестеровы. Виноградников всего шесть гектаров, производство — около 30 тысяч бутылок в год. После миллионов бутылок в Абрау тридцать тысяч кажутся почти домашним запасом.
Когда отец занялся виноделием, Инна и Анна жили в Москве. Переезд одной сестры потянул за собой и другую:
«У нас абсолютно семейный проект. Основал и начал им заниматься наш отец. В то время я жила в Москве, была полностью увлечена столичной жизнью и её атмосферой. Но я просто не смогла остаться равнодушной к делу отца. В итоге приняла решение переехать и начать осваивать совершенно новую для себя, но зато родную семейную сферу», — говорит Инна Нестерова.
Вслед за Инной из Москвы уехала старшая сестра Анна — до этого она работала с детьми: «Я работала детским педагогом и тоже жила в Москве. Но на правах старшей сестры просто не могла остаться в стороне, когда увидела, что Инна решилась на переезд. В итоге я отправилась вслед за ней.
Сейчас в Nesterov Winery мы во многом сосредоточены на работе с гибридами — их просто невозможно сравнивать с классическими европейскими сортами. Вина из такой селекции приобретают совершенно уникальный органолептический профиль, и именно это выгодно выделяет нас среди множества других виноделен Кубани».
Половину посадок занимают селекционные сорта и гибриды, приспособленные к местному климату, в том числе Виорика, Солярис и Рубин Голодриги. Остальное — международные сорта и донской Красностоп Золотовский.
Винодел хозяйства Александр Доротенко прежде работал в проектах «Лефкадия» и «Раевское» и сотрудничал с французским энологом Патриком Леоном, много лет связанным с Château Mouton Rothschild. Здесь этот опыт пригодился в работе с сортами, которым крупные производители редко уделяют внимание.
Из местных вин стоит попробовать аккуратное шардоне во французской стилистике или рислинг урожая 2024 года. Рислинг выдерживали сначала в стали, затем шесть месяцев в дубе, после чего оставили дозревать в бутылке. Этот сорт любит бутылочную выдержку: вино постепенно развивается, со временем в аромате могут появляться петрольные и латексные ноты.
Отдельная причина заехать в «Винотеррию» — ресторан, которым руководит Евгений Вийтык, президент Гильдии шеф-поваров Черноморского побережья. В меню — черноморская рыба, рапаны и кубанские фермерские продукты. На курортах с местной кухней вообще бывают сложности: стоит отвернуться от моря — и снова оказываешься перед пиццей, греческим салатом и кальяном в какой-нибудь особенно изобретательной фруктовой ёмкости. Здесь всё устроено иначе.Терраса выходит прямо к виноградникам, а ужин здесь — не менее веский повод для поездки, чем вино.
Вместо резюме
Главное удобство Новороссийска — расстояния. В течении недели можно увидеть очень разные хозяйства, не превращая поездку в бесконечные переезды: исторические подвалы Абрау, современную каскадную винодельню на горном склоне и семейное производство на шести гектарах.
При этом сам Новороссийск никуда не исчезает. Утром за окном могут быть портовые краны и цементные заводы, через полчаса — виноградники, а к вечеру — ужин на террасе с местным вином. В этом, пожалуй, и заключается местный парадокс.